Эренбург, Илья Григорьевич

Материал из ЕЖЕВИКИ - EJWiki.org - Академической Вики-энциклопедии по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск


Тип статьи: Регулярная статья
Илья Эренбург
Портрет
Дата рождения:

14 (27) января 1891

Место рождения:

Киев, Российская империя

Дата смерти:

31 августа 1967, Москва

Место смерти:

Москва, СССР

Награды и премии:

Сталинская премия — 1942 Сталинская премия — 1948 Шаблон:Международная Сталинская премия «За укрепление мира между народами»
Орден Ленина Order redstar rib.png

Илья́ Григо́рьевич (Ги́ршевич) Эренбу́рг (14 (27) января 1891, Киев — 31 августа 1967, Москва) — советский писатель, поэт, переводчик с французского и испанского языков, публицист и общественный деятель, вице-президент ВСМ, депутат ВС СССР с 1950 года, дважды лауреат Сталинской премии первой степени (1942, 1948); лауреат Международной Сталинской премии «За укрепление мира между народами» (1952).

Содержание

Биография

Революция. Эмиграция. Возвращение на Родину

Родился в Киеве. Учился в 1-й Московской гимназии вместе с Н. И. Бухариным. С 1905 года участвовал в революционной деятельности, присоединился к большевикам. В январе 1908 года был арестован и освобождён до суда, но в декабре эмигрировал во Францию. В Париже занимался литературной деятельностью, вращался в кругу художников-модернистов, выпустил сборники «Стихи» (1910), «Я живу» (1911), «Будни» (1913).

В 1914—1917 годах был корреспондентом русских газет «Утро России» и «Биржевые ведомости» на Западном фронте. В 1917 году вернулся в Россию. Отрицательно восприняв победу большевиков (сборник стихов «Молитва о России», 1918), в 1921 году снова уехал за границу.

В 1921—1924 годах жил в Берлине, в 1922 опубликовал философско-сатирический роман «Необычайные похождения Хулио Хуренито и его учеников…», в котором дана мозаичная картина жизни Европы и России времен Первой мировой войны и революции. Был пропагандистом авангардного искусства («А всё-таки она вертится», 1922).

В 1923 году написал рассказы «Тринадцать трубок» и роман «Трест Д. Е.». Эренбург был близок к левым кругам французского общества, активно сотрудничал с советской печатью. С 1923 года работает корреспондентом «Известий». Его имя и талант публициста широко использовались советской пропагандой для создания привлекательного образа сталинского режима за границей. С начала 1930-х годов постоянно жил в СССР и начал проводить в своих произведениях мысль «о неизбежности победы социализма». Выпустил романы «День второй» (1934), «Книга для взрослых» (1936).

Во время гражданской войны в Испании 1936—1939 годов Эренбург был военным корреспондентом «Известий»; выступал как эссеист, прозаик (сборник рассказов «Вне перемирия», 1937; роман «Что человеку надо», 1937), поэт (сборник стихов «Верность», 1941). После поражения республиканцев перебрался в Париж.

Военный период творчества

В 1940 г. вернулся в СССР, где написал и опубликовал роман «Падение Парижа» (1941; Сталинская премия первой степени, 1942) о политических, нравственных, исторических причинах разгрома Франции Германией во Второй мировой войне.

В годы Великой Отечественной войны был корреспондентом газеты «Красная звезда», писал для других газет и для Совинформбюро. Прославился пропагандистскими антифашистскими статьями и произведениями. Значительная часть этих статей, постоянно печатавшихся в газетах «Правда», «Известия», «Красная звезда», собраны в трёхтомнике публицистики «Война» (1942-44). C 1942 вошёл в Еврейский антифашистский комитет и вёл активную деятельность по сбору и обнародованию материалов о Холокосте.

Илье Эренбургу принадлежит авторство лозунга «Убей немца!». Адольф Гитлер лично распорядился поймать и повесить Эренбурга. Нацистская пропаганда дала Эренбургу прозвище «Домашний еврей Сталина».

Впрочем, после статьи «Хватит!»[1] в «Правде» в апреле 1945 года появилась статья заведующего Управлением пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Г. Ф. Александрова «Товарищ Эренбург упрощает».[2]

Вместе с Василием Гроссманом создал знаменитую Чёрную книгу о Xолокосте на территории СССР.

Послевоенный период творчества

После войны выпустил роман «Буря» (1946—1947; Сталинская премия первой степени; 1948).

В 1948 году Голливуд выпускает в прокат фильм «The Iron Curtain» (режиссёр William Wellman, о побеге шифровальщика ГРУ Игоря Гузенко и советском шпионаже). 21 февраля того же года Эренбург в газете «Культура и жизнь» публикует статью «Кинопровокаторы», написанную по заданию министра кинематографии И. Г. Большакова.

Положение Эренбурга среди советских писателей было своеобразным — с одной стороны, он получал материальные блага, часто ездил за границу, с другой стороны был под контролем спецслужб и часто даже получал выговоры. Таким же двойственным было отношение властей к Эренбургу в эпоху Хрущёва и Брежнева. После смерти Сталина написал повесть «Оттепель» (1954), которая дала название целой эпохе советской истории. В 1957 году вышли «Французские тетради» — эссе о французской литературе, живописи и переводы из Дю Белле. Автор мемуаров «Люди, годы, жизнь», пользовавшихся в 1960-е — 1970-е годы большой популярностью в среде советской интеллигенции.

Скончался после длительной болезни 31 августа 1967. Проститься с писателем пришло около 15 000 человек.

Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Сочинения

Собрание сочинений Ильи Эренбургав 5 томах было издано в 1952 году Госиздательством художественной литературы.

Следующее собрание,более полное, в девяти томах, было выпущено тем же издательством в 1962-1966 годах.

Семья

Первая супруга (1910—1913) — Катерина (Екатерина) Оттовна Шмидт (1889—1977) (во втором браке Сорокина), переводчица .
Их дочь — Ирина Ильинична Эренбург (1911—1997), переводчик французской литературы, была замужем за писателем Борисом Матвеевичем Лапиным (1905—1941).
После трагической гибели мужа удочерила и вырастила девочку:

Он привез с войны девочку Фаню, на глазах у которой в Виннице немцы расстреляли родителей и сестер. Старшие же братья служили в польской армии. Фаню успел спрятать какой-то старик, но так как это было связано с большим риском, он велел ей: «Беги, ищи партизан». И Фаня побежала.
Эту девочку Эренбург привез в Москву именно в надежде отвлечь Ирину от горя. И она удочерила Фаню. Поначалу всё было довольно сложно, поскольку девочка плохо говорила по-русски. Изъяснялась на какой-то чудовищной смеси языков. Но потом русским быстро овладела и даже стала отличницей.
Ирина с Фаней жили в Лаврушинском; там же жил и поэт Степан Щипачёв с сыном Виктором. С Виктором Фаня познакомилась еще в писательском пионерлагере; полудетский роман продолжился в Москве и завершился браком. Мама поступила на филфак в МГУ, но быстро поняла, что это не ее, и, поступив в медицинский, стала врачом. Брак продлился недолго – три года. Но я всё-таки успела родиться.[3]

Вторая супруга с 1919 — Любовь Михайловна Козинцева (1900—1970), художница, ученица Александры Экстер (Киев, 1921), в Москве во ВХУТЕМАСе у Роберта Фалька, Александра Родченко [4], родная сестра кинорежиссёра Григория Михайловича Козинцева. [5] С 1922 года участница выставок в Берлине, Париже, Праге, Амстердаме.[6] Около 90 её живописных и графических работ хранятся в Отделе личных коллекций ГМИИ им. А. С. Пушкина[7].

Знаменитые слова

И. Эренбургу принадлежат знаменитые слова: «Увидеть Париж и умереть».

"злостный космополит"

Леонард Гендлин [8]:

В СССР началась кровопролитная борьба с космополитизмом. В струю "разоблачения" попал и Эренбург...
Мне удалось проникнуть на "историческое" писательское собрание и сохранить стенограмму выступлений.
Выступающие ораторы говорили злобно и беспринципно. Особенно лезли из кожи писатели "среднего" поколения: Софронов, Грибачев, Суров3 , В. Кожевников; критик Ермилов.
   На трибуне с напомаженными волосами Анатолий Суров:
      "Я предлагаю товарища Эренбурга исключить из Союза советских писателей за космополитизм в его произведениях".
   Николай Грибачев:
      "Товарищи, здесь очень много говорилось об Эренбурге, как о видном и чуть ли не выдающемся публицисте. Да, согласен, во время Отечественной войны он писал нужные, необходимые для фронта и тыла статьи. Но вот в своем многоплановом романе "Буря" он похоронил не только основного героя Сергея Влахова, но лишил жизни всех русских людей — положительных героев. Писатель умышленно отдал предпочтение француженке Мадо. Невольно напрашивается вывод: русские люди пусть умирают, а французы — наслаждаются жизнью? Я поддерживаю товарищей Сурова, Ермилова, Софронова, что гражданину Эренбургу, презирающему все русское, не может быть места в рядах "инженеров человеческих душ", как назвал нас гениальный вождь и мудрый учитель Иосиф Виссарионович Сталин".
   На трибуне еще один "инженер-душелюб", "людовед века" — Михаил Шолохов:
      "Эренбург — еврей! По духу ему чужд русский народ, ему абсолютно безразличны его чаяния и надежды. Он не любит и никогда не любил Россию. Тлетворный, погрязший в блевотине Запад ему ближе. Я считаю, что Эренбурга неоправданно хвалят за публицистику военных лет. Сорняки и лопухи в прямом смысле этого слова не нужны боевой, советской литературе..."
   Я наблюдал за И.Г. Эренбургом. Он спокойно сидел в дальнем углу зала. Его серые глаза были полузакрыты, казалось, что он дремлет. Председательствующий, тонкий виртуоз словесных баталий Алексей Сурков предоставляет для "покаяния" слово писателю.
   Илья Григорьевич неторопливо направился к сцене. Не спеша отпил глоток остывшего чая. Близорукими глазами оглядел зал, в котором находились его бывшие "сотоварищи". Разлохматив пепельно-седоватые волосы, слегка наклонившись, он тихо, но внятно, проговорил: "Вы только что с беззастенчивой резкостью, на которую способны злые и очень завистливые люди, осудили на смерть не только мой роман "Буря", но сделали попытку смешать с золой все мое творчество. Однажды в Севастополе ко мне подошел русский офицер. Он сказал: "Почему евреи такие хитроумные, вот, например, до войны Левитан рисовал пейзажи, за большие деньги продавал их в музеи и частным владельцам, а в дни войны вместо фронта устроился диктором на московское радио?" По стопам малокультурного офицера-шовиниста бредет малокультурный академик-начетчик. Бесспорно, каждый читатель имеет право принять ту или иную книгу, или же ее отвергнуть. Позвольте мне привести несколько читательских отзывов. Я говорю о них не для того, чтобы вымолить у вас прощение, а для того, чтобы научить вас не кидать в человеческие лица комья грязи. Вот строки из письма учительницы Николаевской из далекого Верхоянска: "На войне у меня погибли муж и три сына. Я осталась одна. Можете себе представить, как глубоко мое горе? Я прочитала ваш роман "Буря". Эта книга, дорогой Илья Григорьевич, мне очень помогла. Поверьте, я не в том возрасте, чтобы расточать комплименты. Спасибо вам за то, что вы пишете такие замечательные произведения". А вот строки из письма Александра Позднякова: "Я — инвалид первой группы. В родном Питере пережил блокаду. В 1944 попал в госпиталь. Там ампутировали ноги. Хожу на протезах. Сначала было трудно. Вернулся на Кировский завод, на котором начал работать еще подростком. Вашу "Бурю" читали вслух по вечерам, во время обеденных перерывов и перекуров. Некоторые страницы перечитывали по два раза. "Буря" - честный, правдивый роман. На заводе есть рабочие, которые дрались с фашизмом в рядах героического Французского Сопротивления. Вы написали то, что было, и за это вам наш низкий поклон". После многозначительной паузы Эренбург сказал: "Разрешите выступление закончить прочтением еще одного письма, самого дорогого из всех читательских отзывов, полученных мной за последние тридцать лет. Оно лаконично и займет у вас совсем немного времени".
   Наступила тишина. Смолкли самые ретивые. Фотокорреспонденты, нелегально проникшие в зал, приготовили камеры. На них перестали обращать внимание. В воздухе запахло сенсацией. Подавив ехидную улыбку, Эренбург, не спеша, начал читать:
      "Дорогой Илья Григорьевич! Только что прочитал Вашу чудесную "Бурю". Спасибо Вам за нее. С уважением И. Сталин".
   Что творилось в зале! Те самые писатели— "инженеры-людоведы", которые только что ругали Эренбурга последними словами и готовы были дружно проголосовать за его исключение, теперь без всякого стыда ему аплодировали. По своей натуре писатель был не из тех людей, которые позволяют наступать себе на пятки.
   На трибуне Алексей Сурков:
      "Товарищи! Подытоживая это важное и поучительное для всех нас совещание, я должен сказать со всей прямотой и откровенностью, что писатель и выдающийся журналист Илья Григорьевич Эренбург действительно написал замечательную книгу. Он всегда был на переднем крае наших фронтов в борьбе за социалистический реализм. Мы с вами обязаны осудить выступающих здесь ораторов. "Буря" Эренбурга — совесть времени, совесть нашего поколения, совесть и знамение эпохи..."
   За роман "Буря" Илья Эренбург получил Сталинскую премию первой степени. На всю жизнь писатель сохранил верность Сталину...

Библиография

Файл:Сталин - еженедельная газета 15 интербригады..jpg
Сталин — еженедельная газета 25-й смешанной интербригады. 22 апреля 1937. Передовица Эренбурга
  • 1918 — Молитва о России
  • 1922 — Портреты русских поэтов. Берлин. "Аргонавты".
  • 1922 — Необычайные похождения Хулио Хуренито
  • 1923 — Жизнь и гибель Николая Курбова
  • 1923 — Тринадцать трубок
  • 1923 — Трест «Д. Е.»
  • 1924 — Любовь Жанны Ней
  • 1925 — Рвач
  • 1926 — Лето 1925 года
  • 1927 — В Проточном переулке
  • 1928 — Белый уголь или Слёзы Вертера
  • 1928 — Бурная жизнь Лазика Ройтшванеца
  • 1929 — Заговор равных
  • 1933 — День второй
  • 1934 — Затянувшаяся развязка
  • 1941 — Падение Парижа ; Сталинская премия первой степени (1942)
  • 1947 — Буря ; Сталинская премия первой степени (1948)
  • 1950 — Девятый вал
  • 1954 — Оттепель
  • 1961 — 1965 — Люди, годы, жизнь (книги 1—7)

См. также

  • Убей немца!

Сноски

  1. И. Г. Эренбург Хватит! // Правда, 11 апреля 1945
  2. Г. Ф. Александров. Товарищ Эренбург упрощает // Правда, 14 апреля 1945. № 89 (9860)
  3. Из воспоминаний правнучки писателя Ирины Щипачёвой (с фотографиями)
  4. Борис Фрезинский. Художник Каплан и писатель Эренбург (по страницам переписки)
  5. Маргарита Рюрикова. Жизнь, судьба, семья
  6. Свод персоналий (Игорь Абросимов) на портале ПРОЗА. ру
  7. ГМИИ им. А. С. Пушкина. Отдельные дары
  8. Леонард Гендлин. Человек, не ставший пророком. "Заметки по еврейской истории", №2(51) (Февраль 2005). Проверено 10 января 2015.

Источники и ссылки

Wikiquote-logo.svg
В Викицитатнике есть страница по теме
Илья Эренбург

Уведомление: Предварительной основой данной статьи была аналогичная статья в ru.wikipedia, которая в дальнейшем могла быть изменена и/или дополнена. Опубликовано на условиях лицензии CC-BY-SA.