Объявление: Тур-мидраш-2017: Испания, Португалия, Гибралтар с 13 по 21 июня:
Днем – экскурсии с Яаковом Луфтом,
по вечерам уроки и дискуссии с Пинхасом и Нехамой Полонскими

Маршрут: Мадрид-Саламанка-Гарда-Порту-Коимбра-Лиссабон-Бельмонте-Каштело_де_Виде-Севилья-Гибралтар-Кадис-Кордова-Гранада-Толедо-Мадрид. Итого 9 дней, полный кошерный пансион с шеф-поваром, €1490 с человека, включая всё (кроме полета). Те, кто хочет участвовать напишите Пинхасу Полонскому на ppolonsky@gmail.com
-----------------------------

Ровина, Хана

Материал из ЕЖЕВИКИ - EJWiki.org - Академической Вики-энциклопедии по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск
Источник: Электронная еврейская энциклопедия на русском языке
Тип статьи: Регулярная исправленная статья
Хана Ровина

Хана Ровина (1889 или 1892, Березино Игуменского уезда Минской губернии — 1980, Тель-Авив) — российская и израильская актриса театра «Габима».

Содержание

Биография

Родилась и выросла в религиозной еврейской семье любавичских хасидов (см. Хасидизм). С юности увлекалась театром, участвовала в самодеятельных спектаклях, что привело к конфликту с родителями. Отец, Давид Рубин, занимался торговлей лесом. От родителей Ровина унаследовала певческий талант. В раннем детстве Ровина училась в реформированном хедере, затем — в русской городской школе. По окончании в Березино русской школы, уехала в Екатеринослав, где в течение двух лет давала уроки русского языка, служила гувернанткой в богатых семьях.

1914 год — уехала в Варшаву, где поступила в еврейскую педагогическую семинарию для воспитателей детских садов (преподавание велось на иврите). и по рекомендации преподавателя семинарии И. Гальперина, обратилась к Науму Цемаху, организовавшему в Варшаве драматическую театральную труппу с постановками спектаклей на языке иврит, и здесь она сыграла свою первую роль в театре[1]. В том же 1914 году (в связи с началом первой мировой войны эвакуировалась в Баку и затем переехала в Саратов, где работал воспитательницей в детском саду и принимала активное участие в организации приюта для детей-сирот.

Х. Ровина в роли Леи

После начала Первой мировой войны, когда театр закрылся, Ровина уехала в Баку, затем в Саратов, где работала воспитательницей в детском саду. 1917 год — узнав о театраотной студии, организованной в Москве Н. Цемахом, переехала в столицу — стала одним из основателей театра «Габима». Здесь широкую известность Р. принесла роль Леи в переведенной на иврит пьесе С. Ан-ского «Диббук»[2] [3], которая стала первой важной работой театра (1922), роль матери Мессии в пьесе Д. Пинского «Вечный жид». Р. играла эти роли в Ленинграде (1925), Риге (1926) и в других городах Европы и США на гастролях театра «Габимы».

Историк еврейского театра М. Кохански /1902–82/ писал, что в спектакле было «мгновение, принадлежащее к великим мгновениям еврейского театра... Слышавшие этот вопль много лет спустя помнили дрожь в спине, рожденную плачем Ханны, будто предвещавшим ужасы Катастрофы»). В 1922 г. в спектакле «Диббук» по пьесе С. Ан-ского, в переводе на иврит Х. Н. Бялика, в постановке Е. Вахтангова актриса сыграла трагическую роль Леи, которую театральная Москва признала шедевром актерского искусства; позднее, во время зарубежных гастролей, работой Ровиной в этом спектакле единодушно восхищались и европейские критики.

Эрец-исраэль

1928 год — Хана Ровина переехала с труппой в Эрец-Исраэль и вскоре стала ведущей актрисой страны. В 1930-х гг. в Тель-Авиве на сцене «Хабимы» актриса создает галерею трагических женских образов. В спектакле «Уриэль Акоста» К. Гуцкова (режиссер А. Грановский) Ровина, воспитанная в стилистике экспрессионистского театра, превращает радостный традиционный танец невесты в трагический танец скорби. Среди лучших работ Ровиной этого периода — королева Донна Изабелла в «Марранах» М. Цвейга, Миреле в «Миреле Эфрос» Я. Гордина, мать в спектакле «Мать» К. Чапека.

В годы Второй мировой войны актриса выступала перед солдатами Еврейской бригады в Египте и в Европе и на подпольных собраниях Хаганы. Для израильской публики Ровина была не только ведущей актрисой, но и национальным воплощением женственности и материнства; израильские поэты посвящали ей стихи, художники писали ее портреты. В 1955 г. Ровина была удостоена премии Н. Цемаха, в 1956 г. — Государственной премии Израиля. Среди значительных ролей Ровиной в 1950-е гг. — роль мамаши Кураж («Мамаша Кураж и ее дети» Б. Брехта) и Медеи (по одноименной трагедии Еврипида). Критики и коллеги называли актрису «первой леди израильского театра». В 1975 г. Ровиной было присвоено звание почетного доктора философии Тель-Авивского университета. В 1977 г. она в последний раз вышла на сцену «Хабимы» в роли герцогини Йоркской в спектакле «Ричард III» У. Шекспира. Ровина была актрисой, сочувствующей своим героиням; с годами важнейшими чертами ее искусства стало мастерство детали и благородная трагическая сдержанность.

В 1956 год — лауреат Государственной премии Израиля.

Исполняла роли: Миреле Эфрос («Миреле Эфрос» Я. М. Гордина, Медеи («Медея» Еврипида), Корделии («Король Лир» У. Шекспира), Матери («Мать» К. Чапека), Мамаши Кураж («Мамаша Кураж и ее дети» Б. Брехта).

На сцене актриса выступала до 1977 года и в том же году была объявлена почетным доктором философии Тель-Авивского университета.

Израильская почтовая марка с изображением Х. Ровиной

Умерла в 1980 году в Тель-Авиве: здесь, у дома по улице Гордон 36, где она жила, установлена мемориальная доска. В память об актрисе в Излаиле была выпущена постовая марка.

Дочь — актриса и певица Илана Ровина (род. 1934)[4]. Дочь Ровиной и А. Пэнна, израильская актриса и певица.

Предложный падеж

Цитата из статьи-эссе Виолетты Гудковой «Московские сезоны еврейского театра»[5]

Романтическая пылкость создателей театра, сопутствующая первым его шагам, ярким проявлением которой стала клятва трех его руководителей в безбрачии: “Никто из нашей троицы (Наум Цемах, Хана Ровина и Менахэм Гнесин. — В. Г.) не вступит в брак, пока "Габима" не утвердится как театр, достойный своего имени”. В репетиции уходили, как в монастырь, отрекаясь от личной жизни, увлеченные не задачей “творческой самореализации” — движимые пафосом “общей идеи”. Бывшие местечковые евреи обретали весь мир — и освобожденная энергия, столетия стиснутая “чертой оседлости”, была сравнима лишь с энергией ядерного взрыва, — и столь же непродолжительна. Через десять лет, в конце 20-х, дрязги, склоки и вполне коммунальные интриги “борьбы за власть” в расколотом театре неопровержимо и горько засвидетельствуют “конец идеи”, распад. Начнется беспафосность доживания. “Идея "библейского театра" облетала берлинской осенью”.

Иванов отдал изучению истории “Габимы” не один год. Ездил в Иерусалим, где, не видя города и не разглядывая ландшафтов, читал, копировал, записывал беседы с оставшимися в живых свидетелями работы театра. Результатом стали вывезенные и переведенные (с иврита, немецкого и французского языков) бесценные документы, свидетельства, газетные рецензии.

Как это обычно и бывает, повествование, опирающееся на исторически достоверные источники, оказывается в целом ряде звеньев много интереснее априорных общих построений, привычных предположений. Например, Иванов рассказывает о том, что помог “Габиме” не кто иной, как тогдашний наркомнац, а им был — Иосиф Сталин. Именно он решительно поддержал “Габиму” в борьбе с ревнителями “пролетарского еврейского театра” — членами “Еврейской коммунистической секции” Наркомпроса, то есть организации братьев-соплеменников. Что говорит не только об идеологической розни, но и о страшной силе обычной, но оттого не менее острой конкурентной борьбы за зрительское внимание. Всего-то. Пожалуй, столь же неожиданной выглядит — и тем легче врезается в память — и поддержка театра Ф. Дзержинским.

Сноски

Ссылки

Commons



Электронная еврейская энциклопедия на русском языке Уведомление: Предварительной основой данной статьи была статья РОВИНА Ханна в ЭЕЭ