Влияние библии и еврейских источников на французскую литературу

Материал из ЕЖЕВИКИ - EJWiki.org - Академической Вики-энциклопедии по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск



Источник: Электронная еврейская энциклопедия на русском языке
Тип статьи: Регулярная статья

Содержание

Средневековье

В период раннего средневековья, когда сюжеты французской драматургии, эпической и лирической поэзии, сказок и стихотворных романов черпались главным образом из крестьянского фольклора, кельтских преданий и греко-римской мифологии, непосредственное влияние Библии и источников на иврите на эти жанры французской литературы было весьма незначительным. Иначе развивались специфически французские литературные жанры, такие как жанр фаблио, перенесенный на французскую почву с Востока, и басня, достигшая совершенства в 17 в. в творчестве Ж. де Лафонтена. В создании первых фаблио большую роль сыграли еврейские источники, в частности, Мидраш и Аггада в переводах на латынь, выполненных крещеными евреями П. Альфонси (12 в.) и Жаном из Капуи (13 в.), сборники басен и сказок Берехии бен Натроная hа-Накдана (конец 12–13 вв.; «Мишлей шуалим» — «Басни о лисах») и Ицхака бен Иосефа из Корбея (умер в 1280), в которых индийские сказки соседствуют с баснями Эзопа и дидактическими рассказами из Талмуда и т. п. По мнению исследователя средневековой литературы Г. Коэна (1879–1958), французская легенда о святом Мартене восходит к мидрашу о слепце и ягненке (Санх. 91 а; Лев. Р. 4:5), имеющему параллель у Эзопа. В основу анонимного «Сказания об истинном кольце» (13 в.), восхваляющего христианскую веру и призывающего к участию в крестовых походах, был положен рассказ «Три кольца», который раввин Шломо Ибн Верга (15 в.) включил впоследствии в свой труд «Шевет Иехуда». Этот же мотив встречается и у Дж. Боккаччо, и у Г. Лессинг. «Сказание об истинном кольце», положившее, по-видимому, начало литературному жанру религиозных диспутов, представляет собой произведение апологетической литературы. Влияние еврейских источников было настолько велико, что Э. Ренан посвятил этой теме два исследования (написаны в соавторстве с А. Нейербахом): «Французские раввины 14 в.» (1877) и «Еврейские французские писатели 14 в.» (1893), вписав еврейских писателей в историю французской литературы.

В средние века в христианском мире знатоками Библии были главным образом священники и монахи, благодаря которым, начиная с 12 в., во французский язык стали проникать еврейские слова, идиоматические выражения, пословицы и поговорки. Как и всюду в Европе, многие библейские слова и выражения были заимствованы не непосредственно из иврита, а из греческого языка и особенно из латыни; прямо из иврита заимствовано всего около 20 слов. В некоторых случаях заимствование слов из иврита (прямое или опосредованное) сопровождалось изменением или расширением первоначального значения (например, tohu-bohu — беспорядок, суматоха, от тоху ва-воху, `хаос`, ср. Быт. 1:2; jeremiade — сетования, горькие жалобы, ср. Плач Иеремии; moise — люлька, от имени Моисея, которого нашла в люльке дочь фараона; sabbat — `шум`, `гам`, от шаббат — `суббота`). Некоторые библейские идиомы, вошедшие во французский язык, были позднее заимствованы из него другими европейскими языками, в частности, русским (например, «козел отпущения», «снискать милость» и др.). Проникновение библейских выражений во французский язык усилилось после появления двух первых переводов Библии: Полной Библии Парижского университета (между 1226 и 1250) и Bible Historiale Гиара де Мулена (около 1259; см. Библия. Издания и переводы), которые вплоть до Реформации были единственными полными версиями Священного Писания на французском языке. Переводы, включавшие многочисленные кальки и элементы подражания библейскому стилю, способствовали качественному обогащению старофранцузского языка, который благодаря им становился образнее и многозначнее. Распространению в народной речи слов, выражений и понятий, заимствованных из Библии, в немалой степени способствовала и ранняя литургическая драма, выросшая из сцен на темы Священного Писания, которые (для облегчения понимания содержания проповеди) разыгрывались в церквях во время мессы.

Во французской литературе раннего средневековья ветхозаветные темы и герои (Иаков, Моисей, Даниэль, Давид и др.) впервые появились в литургической драме (9–13 вв.), например, рождественском представлении «Пророки Христа», поставленном в Нормандии. Со временем эти спектакли, которые в известной мере предопределили появление мистерии, вышли за стены церкви и разыгрывались на городской площади при большом стечении народа. Первой французской драмой на народном языке (англо-нормандском диалекте) было «Действо об Адаме» (около 1160). «Пророки Христа» были положены в основу гигантской «Мистерии Ветхого завета», в которой участвовало около 250 актеров. Спектакль продолжался несколько недель и состоял из 40 пьес — в общей сложности около пятидесяти тысяч стихов.


Период Ренессанса

В 15 в. в некоторых стихах из цикла «Завещание», где доминирует тема смерти, Ф. Вийон использует мотивы из книг Иов и Экклесиаст. В 16 в. идеи Ренессанса и Реформации открыли для французов греко-римские и иудейские ценности; эти ценности начали все больше проникать во французскую литературу. Гугеноты добивались права читать Ветхий завет, который в то время был запрещен церковью католической для мирян, и видели в нем источник вдохновения. Поиски мистической гармонии между человеком и Вселенной вызвали интерес к каббале (ее изучал Ф. Рабле) и языку иврит. В 1530 г. король Франциск I учредил Колледж Трех Языков (ныне Коллеж де Франс), представлявший собой независимое учебное заведение, где, в отличие от Сорбонны, царил гуманистический дух Ренессанса. Распространение евангелизма и кальвинизма вызвало обращение к библейским истокам, появились новые переводы Библии Ж. Лефевра д’Этапля (1528), О. Оливетана (1535) и родственника Ж. Кальвина С. Шатейона (1551). Ритмический перевод 50 псалмов (впервые опубликованный в 1545 г.) поэта-протестанта К. Маро был впоследствии включен Кальвином в его сборник церковных гимнов и породил немало подражаний.

В 16 в. протестанты и католики начали более систематически заниматься гебраистикой. Ставший епископом поэт-неоплатоник П. де Тийар опубликовал в 1551 г. перевод «Диалогов о любви» Иехуды Абраванеля. Среди гебраистов выделялись Г. Постель, Ж. Женебрар и Б. де Виньер, а также Г. Лефевр де ля Бодри, знаток Библии и автор эпических поэм, изобилующих каббалистическими мотивами. В Ветхом завете черпал вдохновение поэт из Лиона М. Сэв, автор эпопеи «Микрокосмос» (1562), которая после трехвекового забвения оказала большое влияние на французскую поэзию конца 19 в. – начала 20 в. Воспевая свободу человека, труд и прогресс, приводящие к искуплению, Сэв видит в первородном грехе «благотворную ошибку», превратившую Адама в труженика и созидателя. К Библии обращались поэты-протестанты Г. Саллюст дю Бартас, автор поэмы «Неделя» (1578) о сотворении мира, имевшей огромный успех у современников, и Т. А. д’Обинье, который в своей богатой библейскими мотивами мистической эпопее «Трагические поэмы» (1575–1615) повествует о преследованиях и страданиях французских протестантов, сравнивая их с муками евреев и предрекая Божью кару гонителям своих единоверцев и сынов Израиля.

В 16 в. появился жанр библейской драмы, представители которой, главным образом протестанты, стремились использовать подмостки для борьбы с католичеством. Черпая темы в библейских источниках, они в своих пьесах, еще близких к мистериям, запрещенным в 1548 г., весьма своеобразно и нередко гротескно отображали современные им события. Первая библейская трагедия на французском языке «Авраам жертвоприносящий» Т. де Беза была поставлена в Лозанне в 1550 г. Непосредственным предшественником французской классической трагедии был Ж. де ля Тай. Идея его пьесы «Неистовый Саул» (1572) состоит в том, что цари — не более чем орудие в руках Всевышнего и человеку не дано понять Божьи замыслы. Несмотря на очевидное стремление этих драматургов как можно ближе следовать библейским рассказам, их произведения, явно проникнутые греко-латинскими влияниями, написаны в стиле, весьма далеком от библейского.

Виднейшим представителем жанра библейской драмы был Р. Гарнье, посвятивший темам неповиновения и Божьей кары трагедию «Седекия, или Еврейки» (1583). В этом произведении, написанном по мотивам книги Царей, Хроник и Плач Иеремии (см. выше), использован и такой источник, как труды Иосифа Флавия. Тема пьесы — неповиновение Седекии (Цидкияху), не внявшего голосу Иеремии и заключившего с Египтом союз, который повлек за собой разрушение царства и Храма; взятый в плен и ослепленный царь осознает свои грехи, и ему вторит хор еврейских женщин. Талантливый драматург и экономист А. де Монкретьен написал две трагедии на библейские темы: «Аман» (1601) и «Давид» (1601), в которых использованы мотивы и стихи из книг Эсфирь, Иов, Цари, Псалмы, Притчей Соломоновых и др.


Период классицизма

Библейские и постбиблейские влияния в период, когда был провозглашен культ разума и античности, сказались в первую очередь на христианских писателях. Так, в «Рассуждениях о всеобщей истории» (1681) Ж.-Б. Боссюэ рассматривает историческое развитие как осуществление воли таинственного, но мудрого Провидения; по его мнению, предназначение народа Израиля, в котором он видит краеугольный камень истории, состоит в выполнении возложенной на него особой миссии, в то время как другие народы древности были в руках Всевышнего не более чем орудием, предназначенным карать или защищать избранный Им народ. Стиль Боссюэ, одновременно торжественный и лирический, особенно в проповедях и знаменитых «Надгробных речах» (1669), в которых он приводит отрывки из Ветхого завета, интерпретируя их в соответствии с современными ему событиями, отражает глубокое знание Библии. Математик, философ и писатель Б. Паскаль, сыгравший большую роль в создании классической французской прозы, считал, что Библию следует читать, изучать и интерпретировать символически, и видел в Мидраше ключ к пониманию Священного Писания. Религиозный писатель Ф. де Фенелон в «Диалогах о красноречии» (1718) говорил о Библии как о первичном источнике поэтического вдохновения, а о еврейской вере — как образце религиозной чистоты.

Среди французских драматургов 17 в. к библейским темам обращался лишь воспитанник янсенистов Ж. Расин, трагедии которого на библейские сюжеты «Эсфирь» (1689, русский перевод 1783) и «Гофолия» (1690, русский перевод 1784 под названием «Афалия») — шедевры французской литературы. В первой звучит призыв к религиозной терпимости, а во второй — страстный протест против фанатизма и деспотизма. Отмена в 1685 г. Нантского эдикта (1598) привела к возобновлению гонений на гугенотов, поэтому подобные темы были чрезвычайно актуальны, что подчеркивалось библейской образностью. К тому же Ветхий завет был книгой преследуемой протестантской оппозиции (см. Протестантизм).


Эпоха Просвещения

Большинство просветителей 18 в., враждебных религии вообще, проявляли особенно непримиримое и издевательское отношение к еврейской вере и еврейскому народу (Э. Ренан отмечал, что философы-атеисты 18 в. выросли на социальном учении Библии, против которой сражались). В рамках борьбы с христианством Д. Дидро высмеивал Библию и еврейский народ. В своих работах «Галерея святых» и «Дух иудаизма» (1770) П. А. Гольбах стремился доказать безнравственность Моисеева Закона, единственная цель которого состоит, по его мнению, в оправдании политических амбиций еврейского народа (см. также Антисемитизм).


Период романтизма

Возрождение интереса к религии и христианским ценностям привело к увлечению Библией, глубокое почитание которой объединяет такие разные направления, как классицизм и романтизм. Библия оказала сильнейшее влияние на творчество А. де Виньи, знавшего ее наизусть и часто обращавшегося к библейской тематике. Виньи создал во французской литературе жанр поэмы, которая своей торжественностью, сдержанностью и мощью напоминает стиль Библии, а также содержит множество заимствований из нее («Дочь Иеффая» /см. Ифтах; 1820/, «Моисей» /1826/, «Потоп» /1826/, вошедшие в сборник «Древние и современные поэмы» /1826/; «Гнев Самсона» из книги «Судьбы» /1863/). Главные мотивы поэм, как и других произведений Виньи, — темы богоборчества и страданий героя, одиноко возвышающегося над толпой. В. Гюго в своих стихотворениях часто обращался к библейским мотивам: стихотворения «Иерихон» (книга «Возмездия», 1852), «Совесть», «Спящий Боаз», «Соломон» (книга «Легенда веков», 1859), «Меч» (книга «Конец Сатаны», 1887), «Орел» (книга «Бог», 1891). В книге стихов «Созерцания» (1856) Гюго использовал каббалистические мотивы, а в трактате «Уильям Шекспир» (1864) восхвалял поэтические достоинства книг пророков Исайи и Иехезкеля.

Некоторые писатели, стремясь к более глубокому пониманию Библии, отправлялись в Святую Землю. Среди них был прозаик, поэт и политический деятель Ф. Р. де Шатобриан, который в книге «Гений христианства» (1802) назвал Библию уникальной и универсальной книгой и черпал в ней вдохновение. Посетив Эрец-Исраэль, Шатобриан опубликовал в 1811 г. свои путевые дневники («Путь из Парижа в Иерусалим»), написанные с большим чувством, и это произведение считают шедевром французской литературы. Поэт А. де Ламартин, также описавший свои впечатления от поездки в Эрец-Исраэль в книге «Путешествие на Восток» (1832) и создавший по библейским мотивам драму «Саул» (1818), считал Библию «в высшей степени романтическим произведением».

Для второй половины 19 в., когда во французской литературе преобладали течения реализма и натурализма, использование библейских мотивов было нехарактерно. Лишь у Г. Флобера в романе «Саламбо» (1862) усматривают «библейские» параллели, а в рассказе «Иродиада» (1876) Флобер обратился к драматической истории Иоанна Крестителя.

20 век

С конца 19 в. во французской литературе христианские мотивы вновь переплетаются с библейской тематикой. Католические писатели Ш. Пеги и П. Клодель, много размышлявшие над Священным Писанием, нередко обращались и в прозе, и в стихах к торжественному библейскому стилю и применяли библейские пророчества к современным им событиям. Черпал вдохновение в Библии и Ж. Жироду, автор психологической трагедии «Юдифь» (1932) и драм «Песнь Песней» (1938) и «Содом и Гоморра» (1947). В драме «Саул» (1898, опубликована в 1922 г.) Андре Жид развенчивает главного героя и сводит на нет героический аспект библейского сказания.

После Второй мировой войны поэмы на библейские темы писали поэты-католики: мистик и лирик П. Эмманюэль, продолжатель творчества А. д’Обинье и В. Гюго («Вавилон», 1951; «Иаков», 1970), и Ж. Грожан, заимствовавший темы многих стихотворений из Библии и каббалы (книги стихотворений «Книга праведника», 1952; «Сын человеческий», 1953; «Апокалипсис», 1962).

Электронная еврейская энциклопедия на русском языке Уведомление: Предварительной основой данной статьи была статья ВЛИЯНИЕ БИБЛИИ И ЕВРЕЙСКИХ ИСТОЧНИКОВ НА ФРАНЦУЗСКУЮ ЛИТЕРАТУРУ в ЭЕЭ